Это было детство…

Раздел: Воспоминания о войне
30-09-2017

«Мы вот что выдумали: в малую гильзу закручивали кусочек кинопленки, поджигали ее, вставляли в большую гильзу, потом стучали ею по стене два-три раза и бросали этот «пистолет» подальше от себя. Он к великой нашей радости здорово бабахал. Однажды этот запал я разрядил не очень удачно – он взорвался прямо у меня в руке…»

Отлично помню, как в Москве объявили первую воздушную тревогу. Мы, подростки лет десяти-одиннадцати, бегали по двору и кричали, но это точно был не крик страха, а какой-то мальчишеский задор. Помню, к нам выбежали и женщины, собралась целая толпа, все они смотрели в небо и заголосили… Отчего люди ревут, стенают – объяснить я себе не мог, как и другие мои ровесники. Что такое война – мы не могли понять в полной мере, мы поняли это потом.

В сорок первом мы с мамой жили в Москве вдвоем. Старший брат был в армии, под Новороссийском. Там он, как мы позднее узнали, и погиб.

Средний мой брат попал в плен в Финляндии. Но мы об этом узнали тоже только спустя время. А отец был в сорок первом в Дальневосточном округе, где, казалось, вот-вот должна была начаться война с Японией, поэтому там держали очень много сил, чтобы при необходимости отразить японскую агрессию. Он был военврач. В сорок третьем, при передислокации, он вернулся на завод «Шарикоподшипник», где также работал врачом.

До войны мама была домохозяйкой, но в сорок первом пошла работать на тот же завод «Шарикоподшипник». Помню, как она, без паники, решала глобальные задачи нашего выживания: как запастись спичками, солью, керосином… О другом тогда не мечтали – лишь бы этого было в достатке. Заливали прямо в ванную керосин. Делали немыслимые нынче запасы соли… Люди же тогда были мудрее и понимали, что в военные годы нужно человеку прежде всего.

Уже в октябре сорок первого по столице шли страшные разговоры: куда уходить, если немцы придут в город? В какой лес бежать, где поближе можно спрятаться? Это на самом деле страшные разговоры.

Война обнажала человека и показывала его суть очень отчетливо. Помню, во дворе жила одна мрачноватого типа старуха. Она ходила по улице и радовалась: «Наконец-то кончится время коммунистов, немцы всех их расстреляют». И как же вкусно пахло из ее дома пирогами и блинами! Всю войну, все то жестокое время… И мы, голодные, оборванные мальчишки, чувствовали в этом запахе что-то подлое. Нас окончательно запутывало то обстоятельство, что в это самое время ее сын служил на советском флоте и наверное бил фашистов, как подобает настоящему военному моряку-герою… Его возможные подвиги затмевали гадкие разговоры старухи, и мы лишь тихонько пошептывались: «Она ждет немцев, она ждет немцев». Таких старух, поверите ли, были единицы на многие тысячи тысяч людей…

Я учился в сорок первом в четвертом классе. Уроки продолжались всю войну, исправно, кроме сорок второго. Тогда обстановка была самая тяжелая, и даже школы приостановили на какое-то время свою работу. Должен заметить, что учителя в то время были больше чем учителя. Они делали все, порой невозможное, чтобы нас, мальчишек, отвлечь от темы отступления наших войск, чтобы не сломать в нашем детском понимании происходящего пусть и наивной, но твердой надежды…


Другие статьи по теме:
 Босиком по Москве
 Мой отец воевал, прошел всю войну
 Уважение
 Теплушка домой
 Спасение на востоке

Добавить комментарий:
Введите ваше имя:

Комментарий:

Защита от спама - решите пример:

Поющих не победить

Память сохраняет именно то, что важно для человека, почему-то ценно для него.

Мой отец воевал, прошел всю войну

«Брат отца, Конюхов Иван Михайлович, служил на Севастопольском флоте. Когда его корабль потопили, он оказался в плену. Три раза пытался сбежать из плена. Дважды его ловили и возвращали, но на третий раз ему повезло».

Суда с малой площадью действующей ватерлинии

Суда с малой площадью действующей ватерлинии настолько новое слово в судостроении, что еще не выработаны для них технические термины.

Энциклопедия в тегах:

Новое в галерее войны: